«Голливуд – Азия»: Интервью с героиней фильма «Девушка, подающая надежды» Кэри Маллиган

28 февраля 2021, 12:05

«Культура» (АКИpress) — Член Голливудской ассоциации иностранной прессы («Золотой Глобус») Сергей Рахлин специально для рубрики «Голливуд – Азия» побеседовал с главной героиней фильма «Девушка, подающая надежды».

- «Девушка, подающая надежды» — интригующий фильм, так как в нем проходит тонкая грань между скрытой от всех глубокой драмы и комическими моментами. Что вы можете сказать о тональности фильма как актриса, сыгравшую в нем главную роль?

- Я думаю, что делает комедию великолепной, так это — правдивость. В таком случае за игрой актеров наблюдать сплошное удовольствие. Например, когда смотришь как Дженнифер Кулидж рассказывает о своей работе за ужином, это так забавно, потому что она полностью вживается в этот образ и это кажется таким реальным, но совершенно абсурдным. Было здорово находиться в окружении комиков и быть свидетелем всех этих импровизаций на съемочной площадке, а также ощущать эту легкость, которая контрастировала с более темными вещами, потому что, очевидно, мы имеем дело с деликатной темой. Так что это своего рода черный юмор, который затрагивает весьма темные аспекты, а комичные моменты все это уравновешивают. Просмотр фильма в кинотеатре, когда аудитория переживает напряженные моменты и обрыв этого накала, более мрачные моменты, смеется вместе над комичными ситуациями, был бы легче, чем просмотр фильма в одиночку. И да, комедийный аспект, я думаю, делает так, что вы постоянно ошибаетесь: в ту минуту, когда вам кажется в фильме, что вам ничего не угрожает, вы вновь оказываетесь в опасности. Но в то же время это дает вам некоторое облегчение, потому что затрагиваемая тема явно непроста.

- Ваш персонаж испытывает чувство вины за все плохое, что случилось с ее подругой…

- Да, именно так, она чувствует вину. Мы часто говорили с Эмеральд [режиссер фильма Эмеральд Феннелл] о том, что сама бы она не выбрала этот путь, но вынуждена была из-за того что произошло с человеком, которого она любила больше всех на свете.

- Стали вы больше задумываться о посторонних людях в вашей жизни?

- Определенно, и я думаю, что отчасти фильм хорош тем, что он не поучает, в нем также нет настоящих злодеев, есть просто люди, которые думают, что они хорошие, которым говорят, что они сделали плохие вещи или они не так уж и хороши. Многое из этого фильма кажется таким знакомым, потому что такие же вещи происходят в нашей повседневной жизни, и мы как бы выросли с этим. Просто теперь мы смотрим на них под другим углом. Мы видели, как парень в баре выбирает пьяную девушку, думая, что это его шанс потерять девственность. Все это встречалось во многих фильмах, на которых мы выросли. И я также подумала об этом с точки зрения моего собственного опыта, что можно посмеяться над чем-то и находить что-то смешным. Фильм дает каждому пищу для размышлений во многих разных смыслах.

Фильм был построен таким образом, что моя Кэсси представляет собой своего рода ангела мщения, который предлагает искупление, но также существует и наказание. Для меня было очень важно сосредоточиться на ее человечности, а не пытаться оперировать какими-то понятиями, потому что фильм усилен своим визуальным рядом и музыкальными элементами. Я старалась, чтобы Кэсси ощущалась абсолютно реальным человеком даже в такой среде, несмотря на ее неординарные поступки, которые она совершает. Мне хотелось, чтобы она выглядела живым дышащим человеком с реальной историей. И поэтому каждая сцена казалась мне такой личной. У меня была личная причина, по которой каждому из этих людей следовало преподать урок. Мы много обсуждали с Эмеральд, как поведут себя эти персонажи, когда с ними так поступят. Мы в деталях рассматривали реакцию декана в исполнении Конни Бриттон, думали о том, что у персонажа Элисон Бри так много из того, что мы с Эмеральд обсуждали, поэтому когда дело дошло до этих сцен, все стало действительно личным между Кэсси и персонажем Элисон, Кэсси и деканом, потому что она помнит все, как будто это было вчера, как они не дали в ход ее дело, и как обращались с Ниной (ее подругой), и все события, которые привели к смерти Нины. Эта шокирующая одержимость и то как все выстроено заставляют чувствовать такую же одержимость, но как актриса я всегда пыталась сосредоточиться на правдивости. Но Эмеральд великолепна в своем умении режиссировать игру актеров в мельчайших деталях и в тоже время получении большей картины, что и делает фильм таким красивым, стильным и непохожим на другие.

- Были ли вы потрясены, когда читали об этих ужасных сценах в сценарии и затем играли роль или вы просто отнеслись к этому как к актерской работе?

- Я ощущала большую ответственность, чтобы сделать все правильно и восстановить справедливость, потому что это опыт, через который проходит так много людей каждый день. И я хотела отдать должное. В фильме были моменты, когда все было действительно мрачно. Сцена с Альфредом Молиной, где он говорил о том, как легко было уволить девушку, просто найдя фотографию ее пьяной на вечеринке, и как жизнь женщин может быть разрушена из-за того, что им не верят, из-за дискредитации. Я была очень взволнована в тот день, когда Альфред произнес реплику. Я чувствовала это в сценарии, но его игра заставила прочувствовать все еще больше. И затем кульминационная сцена с Элом Монро, когда я говорила о Нине, и о том, как с ней поступили, что с ней стало из-за этого, Кэсси в некотором роде теряет самоощущение. Вы просто чувствуете ответственность, говоря об этом, потому что это опыт многих людей, которые проходят через это. Снимаясь в фильме, я даже представить себе не могу каково это, но было важно постараться быть правдивой и максимально честной. Так что да, и особенно финал, о котором трудно говорить, потому что это такой большой спойлер, но то, как заканчивается жизнь Кэсси, день, когда мы снимали концовку, был самым мрачным днем на съемочной площадке. Это был единственный день на съемочной площадке, который на самом деле не был веселым, просто не было смеха, мы знали, что важно сделать все правильно и показать все точно и честно. И мы просто хотели это сделать. Работа над фильмом была таким веселым процессом, было так много смеха и среди нас были такие удивительные комики, но в то же время там были перемежающиеся части истории, непомерно грустные и страшные, которые случаются в жизни. Так что это была более сложная часть работы.

- Давайте перейдем к более позитивному аспекту фильма. Скажите несколько слов о том, как вы поете в фильме.

- О да, все любят монтаж. Мы были очень взволнованы идеей сделать монтаж. Это было в сценарии, идея Эмеральд. Она хотела представить, какую песню ее возлюбленный мог бы знать. И если бы он знал каждое слово песни, она бы влюбилась в него. И Эмеральд сказала, что это никогда не будет песня Боба Дилана «Звучание ветра» (Blowing in the winds). Она поняла, что этой песней должна стать «Звезды слепы» (Stars are Blind) Пэрис Хилтон. Итак, они распечатали слова ... мы оба знали эту песню, потому что все знают эту песню, я думаю ... поэтому нам пришлось выучить слова к ней. А потом мы отсняли сцену ... Бо (Бернхэм) и я были знакомы только два дня, это был четвертый день съемок, и, конечно же, первая пара дублей Бо была действительно великолепна, он был таким забавным, брал банки c тушенкой, подбрасывал чипсы, а я просто делала то, что считала было очень похожим на Кэсси. Так неловко. Я пыталась поскорее покончить с этим. Примерно через два дубля подошла Эмеральд и сказала: «Кэрри, почему ты ничего не делаешь? Тебе нужно танцевать и все такое». А я сказала, что вряд ли Кэсси могла бы такое сделать, она слишком крутая для этого. А Эмеральд, словно полицейский, говорит: «Да ладно, она влюбляется, а люди делают безумные вещи, когда они влюблены». И она была совершенно права, вы понимаете, и вот что значит этот монтаж - безумие того, как вы ведете себя, когда только влюбились и ведете себя как идиот. И на третьем дубле я подумала: да, все верно, так и нужно сделать. И это было действительно весело, мы пели на полную катушку, и музыка громыхала. Но тогда, конечно, им нужен был чистый звук, где не было фонового шума, поэтому они дали нам наушники, чтобы только мы могли слышать музыку. Тогда стало все еще хуже, потому что мы были совершенно сумасшедшими людьми, поющими Пэрис Хилтон, сами по себе в магазине. Но это было весело. И больше всего в тот день мне понравилось, как Бо взял банку с тушенкой, и это было так забавно в кадре. А потом продюсеры пытались выяснить можем ли мы получить права на демонстрацию банки с тушенкой в фильме. И все мы на съемочной площадке обрадовались, когда узнали, что производитель дает нам разрешение… все это было так нелепо, но это было невероятно весело. И монтаж в фильме был просто великолепен.

- У вас двое детей, мальчик и девочка. Это очень важный вопрос. Вы уже говорите им о важности взаимного уважения мужчин и женщин? Как вы планируете донести эту мысль до них?

- Они такие маленькие, им по три и пять лет. Но в этом возрасте мы просто пытаемся научить их справедливости, сочувствию и доброте. Я думаю это долгий путь к тому, что вам нужно достичь. Во многом это связано с сочувствием, с элементарной человеческой добротой. И я думаю, что в создании этого фильма было так интересно то, что он действительно рассматривал многие культурные нормы, с которыми мы выросли. Мы с Эмеральд одного возраста, нам обоим по 35 лет, мы обе выросли на одних фильмах и телешоу. То, что мы показываем в нашем фильме, мы видели в миллионе других фильмов за последние 15 лет. Ничего нового мы не показываем. Просто мы теперь смотрим на все это под другим углом. И поэтому я думаю, что сейчас, достигнув точки, когда мы понимаем, что это неприемлемые вещи, будет некоторая ответственность за то, чтобы эти вещи не использовались как комедия, потому что это не смешно. Я думаю, что сейчас мы гораздо больше осознаем это, поэтому я считаю, что культура дает нам огромную информацию, и я полагаю, что дети будут информированы о том, что они видят. В этом смысле мы несем ответственность за то, чтобы рассказываемые нами истории были правдивы.

- Когда вы играете роль таких персонажей как Кэсси, что-то должно застревать в вас от роли. Было ли такое, чтобы вы сами, друзья или члены вашей семьи замечали в вас какие-либо изменения к середине или концу съемок?

- Что ж, я перешла от того, что не любила длинные ногти, к тому, чтобы по-настоящему полюбить свой маникюр (смеется). Мне он так нравился. Мне было очень грустно лишиться его в конце, и расстаться с моими очень длинными наращенными волосами. Когда у тебя есть семья, к которой нужно вернуться домой, ты не можешь вернуться странным, депрессивным человеком, полным гнева. В некотором смысле, ты должен стряхнуть с себя это. Нужно все это оставить и вернуться в другую зону, поэтому я думаю, что в этом смысле я была защищена. Но я обнаружила, что покупаю много розовой одежды, когда мы работали над фильмом, что странно, потому что обычно я ношу только черное, так что это было изменение. Но я думаю, что из-за моей семьи мне просто нужно было иметь возможность оставлять работу на работе, и никак иначе.

- Расскажите о фильме «Раскопки», вышедшем на Netfix. Насколько отличается этот опыт? Это исторический фильм, абсолютно отличающийся от «Девушки, подающей большие надежды»?

- Да, это была полная противоположность «Девушке, подающей надежды», что очень хорошо. Всегда приятно делать что-то отличное от того, что ты делал в последний раз. Я заменяла актрису, которая не смогла сниматься из-за расписания и прочего. И мне выпала возможность поработать с Рэйфом Файнсом, который, я думаю, является одним из величайших ныне живущих актеров. Так что это было очень интересно. Действие фильма основано на реальных событиях, связанных с раскопками в Саттон-Ху, о которых, если бы вы выросли в Великобритании, вы бы знали все, потому что это проходят в школе. Но по сути это был погребальный корабль викингов, обнаруженный в Саффолке незадолго до Второй мировой войны. Он был найден на земле этой женщины археологом-любителем, которого играет Рэйф Файнс.

- «Девушка, подающая надежды» действительно очень отличается от фильмов, в которых вы снимались раньше. Какие у вас были обсуждения с Эмеральд, прежде чем вы согласились на роль? Как она смогла убедить вас взяться за эту роль?

- Забавно, но мы с Эмеральд на днях обсуждали это, и никто из нас не смог вспомнить, на что была похожа эта встреча (смеется). Я прочитала сценарий и сразу же захотела с ней встретиться. В течение двух дней между прочтением и встречей с ней, Эмеральд прислала мне плейлист, там были песни «Boys» Чарли XCX, которая является первой песней в фильме, «Toxic» Бритни Спирс была там дважды, в двух разных версиях, оригинальной и оркестровой версии. И она прислала мне этот потрясающий шар настроения, в котором были разные отсылки к тому, как она представляет мир и как будет выглядеть Кэсси. Так что у меня было очень хорошее представление о том, куда она направлялась. Думаю, через пять минут я просто сказала: «Да!». Не то, что у меня возникло какое-то убеждение, скорее внутренний инстинкт. Я поняла, что буду очень раздосадована, если кто-то другой бы сыграл эту роль, так как у меня возникло ощущение, что это роль принадлежит мне и я была в восторге от того, что мне эту роль предложили. Поэтому я почти моментально согласилась за нее взяться.

- Стилистика фильма. Что вы можете сказать о прическе и костюмах в фильме?

- Прическа и макияж были преднамеренными, как это видела Эмеральд, и мы это видение с ней разделяли. И когда мы начали работать с Нэнси над костюмами, это было очень весело. Нам нужно было выяснить, кем была Кэсси до того, как все это произошло, потому что я думаю она не тот человек, которым была десять лет назад, она выглядит совсем не так, как раньше. Я не думаю, что она прикладывала много усилий над своей внешностью. И я думаю, что часть ее скрывается в ее кажущемся простом виде. У вас ведь не возникнет подозрений на счет девушки с разноцветными маникюром и длинными светлыми волосами, собранными в хвост. С другой стороны, мы имеем человека, который борется с чем-то очень трудным, человеком, окаменевшим от гнева и несправедливости, которые она копила долгие годы. Она поняла, что внешний вид имеет значение, если вам нужно привлекать много внимания. Она не хочет никакого внимания, хочет лишь, чтобы ее оставили в покое. Так что, если бы она выглядела так, как будто она боролась, тогда она бы привлекала внимание людей, которые бы интересовались, все ли с ней в порядке, а этого не хотела. Так что она хочет выглядеть как человек, с которым все в порядке, а на самом деле это явно не так. И, конечно же, разные персонажи, которых она играет в своих ночных событиях, не знаю, как их описать (смеется), в общем, было действительно интересно все это обдумать и исследовать. Но у нас была такая замечательная команда по прическам, макияжу и костюмам, так что это было действительно весело.

- Какое будущее вам видится для так называемого независимого кино и таких фильмов как «Девушка, подающая надежды»? Насколько это будущее может отличаться от того чего бы вам хотелось, как актрисе?

- Что ж, в этом году мы продвигались онлайн, что отчасти мне понравилось (смеется). Но большинство фильмов, которые сейчас снимаются, это фильмы с огромным бюджетом, который позволяет выполнять все меры безопасности в связи с COVID-19. Изменились условия, но работа может выполняться. Я не думаю, что независимое кино может выжить, они борются, чтобы выжить. Но на мой взгляд, фильм «Девушка, подающая надежды» проделал такую потрясающую работу. Он был снят за 23 дня с ограниченным бюджетом, и благодаря своим заслугам нашел эту платформу. И я думаю, что это показатель для людей, что, если вы просто сделаете действительно хороший фильм, он может иметь широкую популярность. Сейчас есть тенденция упрощать фильмы и давать зрителям ответы там, где они не нужны, и тем самым аудитория недооценивается. Эмеральд так не поступает. Фильм сложный, провоцирующий, вызывающий на разговоры. Так что я думаю, что это хороший знак для независимого кино. Мы видели довольно много фильмов, которые начинались с чего-то незначительно, с невысокими ожиданиями, но при этом передали нечто важное и сделали нечто большое. Но в будущем я надеюсь, что мы сможем вернуться в то место, где процветает независимое кино, и именно там я работала последние десять лет. Я люблю независимые фильмы, и именно там я обрела самых приятных, внутренне богатых, хрупких персонажей. Это просто будет трудный период с точки зрения финансов для маленьких фильмов, которым какое-то время будет труднее сдвинуться с мертвой точки.

- Вы были продюсером фильма, вы продолжаете сниматься. Как думаете, в будущем вам будет интересна режиссерская работа?

- О боже, я так не думаю. Но знаете, трудно сказать, где вы будете через десять, пятнадцать лет. Режиссура никогда не была моей страстью. В прошлом я думала о том, что возможно однажды поставлю пьесу или что-то в этом роде, но не фильм. Особенность моей работы и карьеры в том, что я постоянно испытываю чудо, когда я могу делать именно то, что мне хотелось с 6 лет: выходить на сцену и рассказывать историю. Я не хочу стоять за кулисами, не хочу видеть монитор, и мне просто нравится выполнять свою часть работы. Так что нет, это не мое.

- Вы говорили о том, что не можете позволить себе «принести» свой персонаж домой, потому что у вас семья. А как «настоящая» Кэри поживает теперь, особенно когда приходится проводить больше времени дома из-за пандемии? Что с этим домашним человеком, а не с тем, который мы видим на экране?

- Очень хорошо (смеется). Это странно, не правда ли, потому что для многих людей этот год был таким тяжелым. Но мне очень повезло, я была одной из немногих, кто получил положительный опыт в этом году, поскольку мне пришлось много бывать дома, а не уезжать и быть вдали от семьи. У меня маленькие дети. И вы понимаете, что когда они такие крошечные, эти годы принадлежат вам. И мне очень повезло, что у меня был такой период, который, конечно же, сопровождался многочисленными попытками развлечь их в течение нескольких месяцев, не имея возможности выйти из дома. Но мне кажется, что у меня останутся потрясающие воспоминания о них в этом возрасте. И не то чтобы я много работаю, обычно я снимаюсь только в одном фильме в год. Но нет, это было действительно хорошо. И даже если я занимаюсь прессой, без необходимости садиться в самолет, это была бы неделя вдали от семьи, и теперь мне больше не нужно этого делать. Поэтому мне очень повезло, что у меня был хороший год.

- Вы много пекли, готовили и обучали? Что на этот счет?

- Да, многое из этого, я имею в виду множество вещей, которые мы придумывали, чтобы сделать день интересным для всех нас, хотя становилось все однообразным порой. Но нам повезло, что у нас была прекрасная погода, и нам повезло, что мы не оказались в городе, у нас есть свободное пространство, так что я думаю, что все это было действительно хорошо. Но да, мы относились к этому, как и все другие молодые семьи: постоянно пытались придумать идеи, как разнообразить быт и провести время весело. И да, это было хорошо.

Перевод Лолы Абдухаметовой

Коронавирус в Кыргызстане
Карта распространения
Комментарии
×